Feed on
Posts

Четвертый этап. Donnas – Gressoney St Jean: 54 km 6086 D+

Полдевятого утра я вышел из базы Доннаса. Город, раскинувшийся у выхода из Долины, заливало теплым светом поднимающееся солнце. Где-то внутри меня сейчас отчетливо слышен голос Фредди Меркьюри: «It’s a beautiful day…». По телу волнами растекается энергия. Энергия? Нет, это только начало! Первый сон за эту гонку. Хоть и очень краткий, но сон! По опыту знаю, что теперь я превращусь в грозу тропы, безжалостного берсеркера, не знающего устали терминатора, движущегося к цели и подбирающего одного за другим конкурентов. Для верности выпиваю гуарану. О, боги! Чувствую, что теперь мои руки готовы излучать всепоражающие молнии, а ноги без труда понесут меня над облаками, едва касаясь их мягкой поверхности. Пока же нет облаков, бегу вверх по ступенькам. Подбираю одного сонного трейлраннера, затем другого. Энергия просто бьет через край. Эх, сейчас бы мне молот, да в каменоломни. Или весло, да на галеры. Голос Фредди Меркьюри сменяется ритмичным боем барабанов, призывающих к атаке. Вперед! Вверх! Быстрее!

Мне приходит СМСка с раскладкой по позициям тех, кого я знаю. Еще перед выездом в Италию я попросил маму слать мне утром и вечером раскладку с текущими позициями русскоязычных участников. Мама с этой задачей справилась блестяще. На протяжении всей дистанции я знал, кто, где находится и, когда это было нужно, увеличивал темп, чтобы побороться за место.

Паша был в четырех часах позади – его можно было не опасаться. Вова был в семи часах впереди – его уже не достать. А вот Вера и Саша были вполне реальными конкурентами. Вера находилась в часе от меня, и я отставал от нее на 33 позиции. Саша же опережал меня на два часа, и до него было 55 позиций. О Саше пока можно не думать, моя цель – догнать Веру.

Как я уже говорил, у каждого, кто выходит на старт, свои мотиваторы. Мне очень нравится соревновательный момент в гонках. Это заводит. Это придает гонке динамику и остроту. Час времени и 33 позиции – это ведь вполне конкретные числа, которые ставят четкую задачу. Я начал обратный отсчет. На перегоне от Доннаса к первому пункту питания я обогнал пятерых. На втором еще троих. В голове бухало: 24, 24, 24… Что это там мелькнуло? Белая кепочка? Какая красота! А, ну-ка, поднажмем! Двадцать четыре, двадцать четыре, двадцать три. До Веры осталось 23 позиции.

Четвертый этап состоит из нескольких условных частей. Сначала тропа переваливает через плечо хребта и переносит путника из одной долины в другую. Затем следует очень-очень долгий подъем на вершину другого хребта, отделяющего Альпы от плоской Италии. Заканчивается подъем приютом Кода. От этого гостеприимного домика тропа начинает имитировать американские горки, то поднимаясь вверх, то стремительно скатываясь вниз. Восемнадцать долгих технически сложных километров. Затем поселок Нил. После него еще одна горка, за которой усталого туровца ждет база жизни Грессонье. Старожилы говорят, что тот, кто добрался до Нила, у того финиш Тура практически в кармане.

И вот я в приюте Кода. Съедаю несколько печенек. Запиваю чаем и бегу вперед. Здесь начинается прекрасный трехкилометровый спуск. Как же я ждал его, наматывая километры на бесконечном подъеме. Вдеваю руки в темляки, крепко берусь за ручки палок и… понеслась родимая! Одного за другим подбираю ребят, продолжая обратный отсчет: 21, 20, 18… Спуск заканчивается и начинается снова подъем. Вскоре – о, чудо, я вижу Веру! Догоняю ее и тут же узнаю поразившую меня новость: она забыла фонарь на БЖ и ей пришлось вернуться. На этом маневре были потеряны сорок минут. Получается, я потратил пять часов на то, отыграть не час, а какие-то жалкие двадцать минут. Да, скорость не умеющей бегать Веры действительно впечатляет!

То сходясь, то расходясь, мы доходим вместе до Нила. В девять вечера, перед самым спуском к поселку, меня начало сильно «накрывать» и я выпил гуарану. В сам поселок мы зашли в десять. Передо мной встала дилемма: остаться в Ниле и попытаться заснуть или продолжить путь? В первом случае я рисковал тем, что после выпитого кофеина я не смогу заснуть. Во втором случае риск был в том, что через час-полтора действие энергетика закончится, и я превращусь в спящего на ходу зомби-доходягу. И в первом, и во втором случае я потеряю время. Наконец, принимаю решение идти в Грессонье без промежуточных остановок. Но идти с Верой. Это проверенная тактика в ультрагонках – объединяться в группы во время сложных ночных переходов.

Поддерживая общение и болтая о всяких пустяках, значительно проще противостоять адскому желанию заснуть. Минут семь жду ужинающую Веру на скамейке, затем мы выдвигаемся в путь. Нам предстоит сделать 800м набора, а затем сбросить 1000м. Сама трасса очень простая, хотя и довольно скучная.

Накрывать начало не через час и не через полтора, а почти сразу же, как только мы вышли из Нила. Кошмарное состояние – я его называю «сумеречное сознание». Мозг работает лишь частично. Отключается память, воображение, мышление… Остаются лишь рефлексы. Да и рефлексы работают весьма заторможено. Хочется спать. Дико. Несколько раз, когда Вера останавливалась, я опирался грудью на выставленные вперед палки и засыпал. Едва только закрываешь глаза, как тут же начинаются «мультики»: с чудовищной быстротой прокручиваются какие-то картинки, которые совершенно не остаются в памяти. При этом сна нет. Вернее, он есть, но совмещен с явью.

На спуске вниз мы зашли на ферму, где местными был организован пункт питания. Там я положил голову на руки и попросил Веру разбудить меня через пять минут. Заснул неглубоким сном сразу же. И опять эти чудовищные «мультики» рисуемые воспаленным сознанием.

В таком полубредовом состоянии (Вера чувствовала себя лучше, но тоже мечтала о базе) мы дошли до Грессонье. Буквально за километр до базы я сделал ошибку, о которой потом буду жалеть: я вырвался на 200 метров вперед и на базу пришел на две минуты раньше своей спутницы. Вера на пункте контроля так и не появилась. Случайный прохожий показал ей неправильное направление – она прошла огромное здание базы жизни в двух метрах, так и не зайдя внутрь.

Я же на базе провел почти пять часов. Из них на сон было потрачено лишь полтора. Будильником я отмерил трехчасовой сон, но организм решил иначе.

Раннее утро. Выхожу из Доннаса.

Пункт питания в Сасса. Половина длительного подъема к Коде пройдена.

Подниматься долго. Александр Сафонов, бежавший по трессе в обратном направлении (гонка 4К) сказал, что для него это был один из наиболее утомительных спусков.

Трудно, да, но зато какая вокруг красота!

Конец длительного подъема к приюту Кода

В приютах и на базах нам выдавали фломастер и просили расписаться на плакате.

Усталость.

Отрешенность.

И забота.

Волонтеры на базе жизни.

Питстоп Стефани.

Этап пятый. Gressoney St Jean – Valtournenche: 33 km 3187 D+

Восемь утра. Время рассвета уже наступило, но долина, по которой я иду, все еще покрыта легкой сумеречной дымкой. Грессонье сжат с двух сторон резко уходящими вверх горными грядами, и солнце здесь появляется на пару часов позднее, чем на открытой местности.

Вспоминаю прошлый год. Тогда я проспал в этом городке четыре часа, и после выхода из базы меня переполняла энергия. На подъеме в гору я подобрал около пятнадцати человек. По сути, с Грессонье в 2015-м моя гонка лишь началась, и я был полон вполне оправданного оптимизма, вплоть до финиша улучшать свою позицию. Что же будет в этом году? К сожалению, соотношение отдыха не в мою пользу. Если в прошлом году к моменту выхода на пятый этап я проспал семь часов, то в этом году лишь два с половиной.

Быстрым шагом иду по асфальтовой дороге. До начала подъема еще около километра. Бежать? Нет уж. После сна и плотного завтрака я еще не готов выкладываться – нужно сначала разогреть двигатель. Выпиваю гуарану. Получится или нет повторить успех прошлого года на ближайшем перегоне? Эх, как же хочется, чтобы все сложилось!

Наконец, асфальт заканчивается, и разметка переходит на тропу, которая зигзагами убегает вверх по склону. Пора! Сходу подбираю сначала одного, а затем другого участника. Обмениваюсь с каждым парой слов. Делаю в том же бодром темпе еще двести метров набора и… неожиданно, силы заканчиваются. Выпадаю из потока. Один за другим меня обгоняют туровцы. В какой-то момент не выдерживаю и присев на камешек равнодушно смотрю на раскинувшуюся под ногами долину. Через десять минут встаю и апатично двигаюсь вперед. Вся энергия куда-то ушла. А вместе с ней пропало желание с кем-то бороться, за кем-то следить, кого-то догонять и от кого-то убегать. Ничего не хочу! Я просто иду к финишу.

Приют Кресты. М-м-м… помню, что в прошлом году это было очень вкусное и гостеприимное место. В этом году Кресты оказались не просто хороши, а на голову лучше любого другого промежуточного пункта. Тут работали по-домашнему гостеприимные волонтеры. Тут была оригинальная и очень вкусная еда. Если пищевой паек по всей трассе Тура был совершенно одинаковый (организаторы завозят стандартный набор продуктов на каждую точку) и давно уже приелся, то здесь… отварная картошечка со сметаной, салат из свежайших овощей, чудесный овощной суп, несколько видов вкуснейшего пирога, натуральный кофе и настоящий (а не химический) чай. На этом пункте я не только наелся до отвала, но и поспал полтора часа. Суммарно на Кресты было потрачено два с половиной часа.

Может, после этого дополнительного сна появится привычная энергия? Иду широким шагом по лесной тропе и вслушиваюсь в себя. Увы, я по прежнему «пустой». По прекрасной беговой тропинке могу лишь идти широким шагом. Дохожу до пункта питания Шамполюк и прошу дать обезболивающее. Возможно, если я перестану чувствовать стертые в хлам ступни, мне станет легче? Девушка-санитар сообщает, что любые медикаменты я могу получить только на базе жизни. Что ж, еще семнадцать километров.

В этом городке находятся термальные источники с программой СПА. Трасса проходит вдоль длинного здания с соблазнительными надписями. Ах, как бы мне сейчас хотелось бросить все и лечь на кушетку возле мирно журчащих фонтанчиков. Или погрузиться в теплое джакузи. Или наесться до отвала свежих и сочных фруктов в буфете. А потом… с головой завернуться в мягкий, слегка пахнущий лавандой плед и спать. Погрузиться в длительный глубокий сон без сновидений. А перед тем, как уйти в тонкий мир, всем телом ощущать чистоту и свежесть.

Встряхиваю головой и прогоняю это наваждение. Впереди – еще один перевал и к моим услугам будет база жизни, где я смогу по-настоящему отдохнуть и перезагрузиться. Выходя из города, прохожу по городскому парку с парой десятков искусно вырезанных из дерева скульптур. Очень красиво.

На окраине Шамполюка мне на память приходят слова непонятно откуда взявшейся песни: «Hey, hey baby… I wanna kno-o-o-ow, if you’ll be my girl». Ищу в памяти продолжение куплета и одновременно пытаюсь вспомнить, откуда эта песня. Вроде, какой-то мультик. А может, и нет. Постойте, точно мультик. Но какой? И в каком мультике такие не детские слова? Наверное, не мультик. Но что там дальше? В голове с мучительной неотвратимостью вновь и вновь гремит заводной ритм: «Hey, Hey baby…». Как только я вспомню, откуда эта песня, она сразу же отвяжется от меня. Но момент узнавания все не наступает. Догоняю конкурента. Это девушка. Борюсь с желанием поделиться с ней напевом и узнать, не помнит ли она эту мелодию и песню. После минутного колебания отбрасываю эту идею. Может, еще не так поймет?

Сон в Крестах все же помог. Примерно через полчаса после выхода из Шамполюка я оклемался, влился в поток, а затем начал одного за другим подбирать соперников. К приюту Гранд Турмалин я подходил во главе длинного паровоза: с десяток туровцев растянулись цепочкой вдоль склона. А Турмалин встречал своих гостей, словно царский кортеж: у самого входа волонтер ожесточенно дергал палку, привязанную к языкам колокольчиков. «Да здравствует Тур! Да здравствуют туровцы!», – слышалось в этом звоне.

Приют я прошел собранно и быстро.

- Сколько до вершины перевала?

- Полчаса.

Отлично. Как раз успею до темноты. Несмотря на сгущающиеся сумерки, силы не убывали, а наоборот, прибывали. Внутренние часы совершенно сбились. Утром мне плохо, а вечером хорошо – все шиворот навыворот.
Возле самой вершины перевала встречаю косулю. Она стоит прямо на тропе и слизывает что-то с земли. Крадучись, подхожу к ней и все жду, когда она убежит. Эти животные, в отличие от горных козлов, близко к себе не подпускают. Мне еще не приходилось приближаться к ним ближе, чем на десять метров. Но эта самка так увлечена своим занятием, что меня совершенно не замечает. Подхожу вплотную и протягиваю руку, чтобы коснуться ее жесткого бока. Косуля нехотя отходит в сторону. Весь ее вид говорит: «Хочешь пройти – проходи. Только без рук, ладно?». Прохожу. Животное сразу же возвращается на прежнее место и продолжает трапезу.

А вот и пирамидка из камней, обозначающая вершину перевала. От приюта до этой точки я, как и спрогнозировал волонтер, прошел ровно за полчаса. Достаю из рюкзака фонарик, надеваю его и начинаю спуск. Камни. Камни. Камни. Всюду здоровенные валуны, которые заливает поднимающийся из долины тягучий поток сумерек. Откуда-то с вершин гор доносится тоскливый и протяжный звук: «У-у-у-у! У-у-у-у! У-у-у-у!». Кто это? Птица? Животное? Или мое сознание вновь играет со мной, рождая призраков?

Между тем, силы все прибывают. Заканчивается зона камней и начинается серпантин, тянущийся сквозь лес по крутому склону вниз к городу. Сейчас я полностью собран и сконцентрирован. Собрав в кулак все силы и забыв про боль в ногах, бегу вниз. Полчаса – и вот я уже на асфальте. Мощно отрабатываю последние сотни метров и под аплодисменты волонтеров вбегаю в ворота базы Валгризанш. Я это сделал! Пятый этап пройден.

В огромном шатре, где расположилась столовая, встречаю Attilio Ossola, волонтера, с которым я познакомился на этой базе в прошлом году. В этом году он волонтерит со своим сыном, который недавно вернулся из многомесячного путешествия по Латинской Америке. Пока я ужинаю, ребята рассказывают мне про то, что на одном из участков Тура в прошедшую ночь резко ухудшилась погода, и их несколько раз вызывали на спасработы – помогать участникам добраться до цивилизации. Также непогоду обещают этой ночью и весь следующий день.

После плотного ужина у меня стандартная последовательность: душ, перемотка ног, массаж, сон, упаковка рюкзака, повторный ужин.

На этой базе я провел 4 часа 10 минут, из них спал полтора.

Красота и все такое

Колокольчики у приюта Турмалин

Контроль в приюте Турмалин.

  • http://running-idiot.livejournal.com/ Aleksei Pokrevskiy

    не было мыслей заменить гуарану настоящим сном? с одной стороны будет больше времени уходить на сон, но с другой – не будет сумеречного состояния и отдохнувший организм позволит быстрее идти по дистанции

  • http://vasylysk.ru Vasily Bokov

    Алексей, так я об этом в отчете несколько раз упоминал: пытался спать больше, но не получалось. За всю гонку я ни разу не проснулся по будильнику.

  • http://vasylysk.ru Vasily Bokov

    Исходя из прошлогоднего опыта я собирался спать по 3ч каждую ночь начиная со второй ночи. Но организм спать так много в этот раз не захотел. (((

  • http://running-idiot.livejournal.com/ Aleksei Pokrevskiy

    так может именно из-за гуараны не получалось нормально поспать?

  • http://vasylysk.ru Vasily Bokov

    Гуарана тут не при чем. Ее действие ограничивается 2-4 часами. Я же за 6 часов до сна гуарану уже не пил. Причина, думаю в перевозбуждении от слишком быстрого старта. В прошлом году я стартовал медленно и спал прекрасно.